Арктика и Север

Наука

Развитие журнала «Арктика и Север» по данным РИНЦ:

Science-Index.jpg
5-impact-factor-rus.jpg
10-Hirsch.jpg
 

Выходные на краю света: очерк

Версия для печати
29.05.2015

Выходные на краю света: очерк


Не так давно посёлок Териберка стал известен широкой публике благодаря фильму «Левиафан» Звягинцева – именно там снималась кинолента. Туристы массовым потоком хлынули на край Кольского полуострова, надеясь повидать киношные красоты своими глазами. Нас же сподвигли съездить туда не кадры из «Левиафана», а два свободных выходных и желание поесть морских ежей, коих по слухам вдоль берегов Териберки тонны.

«А не махнуть ли нам в Териберку?», - подумали мы, и махнули. Стартовали из Кандалакши, что на самом юге Кольского полуострова. От города до Териберки 350 километров. Чем ближе к Мурманску – тем сугробы на обочинах всё белее и больше, пока окончательно не превращаются в снежные степи после отворотки непосредственно с трассы на посёлок.

Те самые бескрайние и открытые всем ветрам безликие просторы тундры



























Фото 1. Те самые бескрайние и открытые всем ветрам безликие просторы тундры.

Вдоль дороги – ярко-неоновые пластиковые тубы, помогающие дорожникам в зимний сезон, когда дорогу заносит, определять местонахождение асфальтового полотна. Это единственные цветные пятна в окружающем пейзаже – пепельный переходит в серый, серый сменяется белым, белый снова серым, пока всё не сливается на горизонте с пасмурным низким небом. Непосредственно перед въездом в Териберку у обочины стоит своеобразная инсталляция – то ли полицейский, то ли дорожный рабочий в противогазе, да еще и с косой в руках – собранный из того, что не жалко было оставить туристам.

Для многих туристов чучело на обочине стало чуть ли не символом Териберки, что крайне злит местных – мол, сумасшедших красот вокруг полно, а вы с пугалом путаетесь.



























Фото 2. Для многих туристов чучело на обочине стало чуть ли не символом Териберки, что крайне злит местных – мол, сумасшедших красот вокруг полно, а вы с пугалом путаетесь.

Сначала смешно, через пару минут уже жутковато. Тут-то у нас и заглохла машина в первый раз. И стало совсем не до смеха. Через полчаса, реанимировав двигатель и отъехав от пугала, решили, что нужно было просто оставить ему что-то на память, откупиться, так сказать. Ясное море, что причина была всего лишь в свечах зажигания, но ведь со сказкой и жить интереснее.

Ещё в середине XX века посёлок сверкал и лоснился – в Териберке было два рыболовецких колхоза, оленье стадо в 2000 голов, две молочно-товарные фермы, птицеферма, звероферма по разведению американской норки, судоремонтные мастерские, много работы и много людей. В 60-х годах акцент перенесли в Североморск, прибрежный промысел Териберки потерял смысл, рыбопереработка сошла на нет, оленьи стада продали на юг, возведенная в 80-е годы плотина териберкских ГЭС уничтожила семужье стадо, посёлок начал медленно задыхаться. В начале третьего тысячелетия интерес к посёлку было проявил Газпром. Будущий газоконденсатный завод стал заветной мечтой для жителей Териберки, однако спустя тройку лет проект закрыли, признав невыгодным, и от Газпрома в посёлке остались только недостроенная «штокмановская» дорога, упирающаяся в скалы да название пляжа возле оной – «Газпром-бич». Конечно же, мы знали, что в Териберку едут не ради самой Териберки, но такого удручающего зрелища не ожидал никто – посёлок печалит глаза с самых окраин. Полуразрушенные дома, ржавые и покосившиеся автомобили, многие из которых перевернуты вверх колесами – так удобнее вытаскивать «начинку» - автозапчасти, разбитая грунтовая дорога, на которую с близлежащих скал сбегают ручьи тающего по маю снега, во дворах (во дворах – громко сказано, дворов тут раз-два) гнездятся в жиже сплошь «Нивы» да «УАЗики» - единственные проходимцы здешних дорог; впрочем, кое-где виднеются и замызганные грязью легковые. В Лодейном (или Новой Териберке) в глаза бросается свеженькое здание школы. На удивление, люди здесь какие-то радостные, в цветных куртках, с загорелыми лицами. Перебегают по накиданным на землю деревянным палетам с одной стороны лужи на другую, спешат по каким-то своим териберским делам. Живут. Полный диссонанс с окружающей действительностью.

В самой Териберке мы не задержались, сразу двинули к побережью. От Баренцева моря до посёлка – километр-другой. Правда, до самой воды добраться на машине не вышло – застряли в снежных заносах на дороге. Осмелюсь напомнить – в середине мая. Недолго думая одолжили пару лопат у рабочего из близлежащей водонасосной станции – и тут же одну случайно разломили пополам. Попытались взамен сломанной лопаты сунуть мужику в руки бутылёк коньяка, на что тот пожал плечами и вздохнул: «Да зачем мне ваш коньяк, лопаты-то больше нет», и ушёл. Машину мы, кстати, вытащили, вот только не с помощью лопат – откуда ни возьмись на пригорке появилась красная «Нива», владельцу которой мы опасливо замахали ладонями, мол, стой, мужик, не суйся! Не тут-то было. Подъехал, зацепил тросом, и дёрнул. Задним ходом. По снежной колее. В горку. Есть подозрения, что это какой-то наш с ребятами общий ангел-хранитель.

Оставив машину на более-менее сухой полянке, выдвинулись с вещами на побережье. Шли недолго, минут десять от силы. Разбили лагерь недалеко от берега с обкатанными круглыми валунами, больше похожими на яйца динозавров, чем на камни.

Наша одинокая палатка на фоне Крайнего Севера.



























Фото 3. Наша одинокая палатка на фоне Крайнего Севера.

Пляж для самых отчаянных.



























Фото 4. Пляж для самых отчаянных.

Вид – потрясающий. Сногсшибательные просторы, прозрачнейший воздух, вокруг – ни души. Северный рай. По контрасту с открывающимися видами – чудовищная свалка прямо за нашими спинами. Поставили палатку, вместо скамеечки притащили выкинутое волнами на берег бревно, уселись поудобнее и стали смотреть на Северный Ледовитый океан.

Суровые териберские просторы.



























Фото 5. Суровые териберские просторы.

Эмоции, надо заметить, именно те, что доктор прописал. Ощущение полной оторванности от цивилизации само по себе очень забавная вещь. Природа словно подчёркивает значимость настоящего – резко теряет своё значение прошлое, перестаёт быть важным будущее; есть только ты и этот закат. Имеет смысл только сейчас.

После небольшого перекуса решили сходить на водопад, который от наших взглядов был заслонен скалами. Горными тропами за полчаса добрались до водопада из Малого Батарейского озера. Весной, в связи с таянием льда и снега, поток воды впечатлил.

Тот самый водопад, который можно увидеть на фотографиях всех териберских туристов.


















Фото 6. Тот самый водопад, который можно увидеть на фотографиях всех териберских туристов.

Зрелище шикарное, мурашки по коже.


















Фото 7. Зрелище шикарное, мурашки по коже.

В сочетании с закатным светом место ну идеально подходит для романтичных фотосессий. Чуть выше водопада на вершине скалы установлен крест (как и на многих сопках Кольского полуострова), а еще прямо там, на вершине, разлилось небольшое, но потрясающе живописное озеро с видом на заморский Северный Полюс.

То самое высокогорное озерцо. В лучах закатного солнца это место больше смахивает на рай, чем на побережье Северного Ледовитого океана.


















Фото 8. То самое высокогорное озерцо. В лучах закатного солнца это место больше смахивает на рай, чем на побережье Северного Ледовитого океана.

Поднялись наверх – и долго не хотели уходить. Не каждые выходные везёт побывать в Териберке. Разрядили в ноль свои мобильные телефоны и фотокамеры, зато довольные и подгоняемые начавшим поддувать ветром спустились вниз, к палатке. Артём надел гидрокостюм и отправился добывать нам на ужин морских ежей – к огромной печали всех ребят – неудачно. Вода мутная, волна большая. Разогрели гречневую кашу с говядиной. За ужином кто-то из наших углядел в закатной розовой бухте чёрный плавник – но сфотографировать не вышло, не успели. Напридумывали себе ужасов, будто бы это голодная агрессивная касатка, и легли спать.

Вид из палатки у нас был ну просто потрясающий.

























Фото 9. Вид из палатки у нас был ну просто потрясающий.

Утро выдалось уж слишком морозным для середины мая. Нанесло тучи, заморосил мелкий колючий дождик. Зато за завтраком всем повезло заметить то тут, то там появляющийся плавник над водой – и даже сфотографировать.

А вот и тот самый утренний чудо-юдо рыба-кит.



























Фото 10. А вот и тот самый утренний чудо-юдо рыба-кит.

Кто это был на самом деле, мы так и не узнали – то ли кит-полосатик, то ли и правда касатка, то ли кто ещё из гигантского разнообразия подводного мира Северного Ледовитого. Собрали быстренько вещи, выдвинулись обратно к машине. Ради парочки удачных фотографий упросили водителя тормознуть возле кладбища деревянных кораблей на выезде из поселка – и встретились с детенышем гренландского тюленя (да простят меня биологи-мореведы за уверенность в голосе).

Кладбище погибших кораблей на выезде из посёлка. Такие виды навевают крупномасштабную печаль.



























Фото 11. Кладбище погибших кораблей на выезде из посёлка. Такие виды навевают крупномасштабную печаль.

Такие встречи обогащают память незабываемыми эмоциями.



























Фото 12. Такие встречи обогащают память незабываемыми эмоциями.

Немного повеселив нас акробатическими трюками, тюлень уплыл на глубину, а мы, обветренные, испачкавшиеся, но переполненные новыми впечатлениями, отправились восвояси с этого края земли, решив вернуться в Териберку летом – за морскими ежами и морским загаром.

Уже вернувшись домой, узнали, что неравнодушные ребята из московской компании Lavkalavka раскручивают большую карусель большого проекта «Новая Териберка: на краю земли», пытаясь поднять посёлок с колен. Первый, и как надеются ребята, ежегодный арктический фестиваль в Териберке состоится уже в этом июле.

Архив с полноразмерными фотографиями

Автор текста Илона Исаева, автор фотографий Андрей Видякин

Возврат к списку


 

Арктические новости